К вопросу об одной мистификации или гоголевский Вий при свете украинской мифологии

Круг проблем, связанных с народными истоками повести Н.В.Гоголя “Вий”, можно разделить на две категории. К первой относится проблема сюжета, ко второй — вопрос о самом литературном персонаже, давшем название повести. Вопрос о связи сюжета гоголевской повести с распространенным мотивом украинских быличек об умершей ведьме и парубке, послужившем причиной ее смерти и проведшем три ночи около ее гроба (Аарне, Томпсон 307), можно считать давно решенным (см. хотя бы: Сумцов 1892:472-479, Петров 1937: 742,778) — основные структурные элементы повести Гоголя полностью повторяют сюжетную канву соответствующих украинских и южнорусских быличек, возникших, очевидно, под влиянием украинской традиции.

Нерешенной остается проблема генезиса Вия как литературного персонажа, однако едва ли не единственным источником возникновения этой проблемы можно считать утверждение самого Н.В. Гоголя о том, что “Вий — есть колоссальное создание простонародного воображения” и что “таким именем называется у малороссиян начальник гномов, у которого веки на глазах идут до самой земли”. Поиски Вия в народной культуре ведутся с конца прошлого века — известно, что в программу по сбору сведений в области народных суеверий, составленную в 1884 г. на VI Археологическом съезде в Одессе, был включен вопрос о Вие, так и оставшийся без ответа (Милорадович 1896: 48).

Поскольку подвергнуть сомнению слова Гоголя до сих пор не решался никто, а мифологический персонаж с таким именем и с такими признаками в украинской мифологической системе не обнаружен, у исследователей оставался один путь — “перерыть” всю украинскую мифологию в поисках персонажей, хотя бы по отдельным признакам соответствующих Вию. Поэтому все попытки установить связь Вия с персонажами украинской демонологии строились по одному принципу: брался один из мотивов гоголевского описания Вия и к нему подыскивались соответствия в народной культуре, часто не только славянской (ср., например, гипотезу В.И.Абаева о родстве гоголевского персонажа с осетинским богом смерти Vayu; Абаев 1958:303.
Интересно, знал ли только сам Гоголь о существовании этого осетинского демона?)

Традиция считать Вия персонажем народной славянской мифологии настолько сильна, что статья о нем попала в последнее издание Мифологического словаря (Мифологический 1991: 123).

Мы исходим из того, что мифологический персонаж в народной традиции представляет собой пучок устойчивых, релевантных признаков, скрепленных именем. Очевидно, что признать Вия созданием украинского “народного воображения” можно только в том случае, если в украинской традиции будет обнаружен персонаж с набором тех же, что и у Вия признаков или хотя бы большей их части. Персонаж гоголевской повести приземистый, косолапый; с жилистыми, как крепкие корни руками и ногами; весь в черной земле; с железными пальцами и лицом; подземным голосом; длинными веками, опущенными до земли. Его появление предваряется волчьим воем. Основная функция - необычайная способность видеть, преодолевая взглядом специальные апотропеические преграды, недоступные зрению обычных демонов.

Большинство из указанных признаков в отдельности встречается у самых разных славянских персонажей. Приземистость, маленький рост — отличительная черта многих, преимущественно западнославянских мифологических существ (ср. пол. krasnoludki, словац. pikuliki и др.). Согласно поверьям, маленьким ростом также могут обладать такие русские персонажи, как: домовой, кикимора, ичетики — демоны, происходящие из задушенных матерями детей и выкидышей, шуликуны, а также польский topielec, полесский водяной, чешские и польские персонажи diblik, skritek и под., западно-украинский хованец, годованец и др. домашние духи-обогатители, украинские подземные люди рахманы, а также мифологические существа в виде ночных огоньков, происходящие из душ загубленных матерями младенцев: чешские svetlonosi, польские bt?dne ogniki и др.

Железные части тела — черта достаточно характерная для славянских демонов: железные руки, согласно вологодским поверьям, у банника (Зеленин I: 263), а железные пальцы на руках-у западноукраинского черта (Гнатюк 1912: 5), железными зубами обладают севернорусские шуликуны, черти и еретик железнозубый - колдун,встающий по ночам из могилы, сербские вилы и караконджулы. Ср. одно из сербских названий караконджула gvozdenzub (Moszyriski, 11:671). Среди персонажей, которыми пугали детей, известны: железны человек (Полесье), баба с железными зубами - женское мифологическое существо, живущее в поле (Подляшье), zelezna baba — чешский полевой демон, оберегающий горох от детей, зализна баба (Полесье), баба жэлйзна (западная Украина), дика баба з дзелгзныммакогоном (там же). Железным могут быть персонажи славян, сказок: Mesiielezo — сказочный силач, который месит железо (Зайцева, 1975: 18), чешские и словацкие железный монах, медведь с железной шерстью, железный волк (ср. чеш. пословицу: “Baje jako о zelaznem wilku”). Железными грудями, согласно полесской традиции, обладают русалки. Однако, такая деталь, как железное лицо, которым наделил Гоголь Вия, по крайней мере в восточно-славянских традициях нам не известна.


Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.